avtomat_kx

Category:

Советские фильмы о шпионах.

Cтарое кино, снова ставшее актуальным.

Кадр из фильма «Наполеон-газ» 

«Наполеон-газ». «Севзапкино», 1925 г. Режиссер Семен Тимошенко 

Родоначальник  сразу двух — однокоренных — киножанров: фильмов о будущей войне и  советской трюковой «научной кинофантастики» (сверхизобретательная работа  в скором будущем корифеев ленфильмовской школы — оператора Святослава  Беляева и художника Евгения Енея). Кульминационная сцена —  авиационно-химическая атака империалистов на Ленинград во главе с  инфернальным изобретателем и двумя сестрами-летчицами-шпионками (!). В  победном финале перед тускнеющим взором одной из них, смертельно  раненной, в лихом монтаже развертывается свиток ее злодеяний,  совершенных по ходу фильма. «И вот тебе, коршун, награда»… 

«Яд». «Совкино» (Москва), 1927 г. Режиссер Евгений Иванов-Барков 

Экранизация  мелодрамы наркома Луначарского. Из-за границы в нэповскую Москву  (кстати, блистательно и разнообразно тут снятую) прибывает таинственный  иностранец «мистер Джойнстон Скотт» с окладистой бородой и львиной  гривой. Из богемной «накипи НЭПа» и «бывших» он создает организацию (что  сильно смахивает на «Союз меча и орала») по устранению  высокопоставленных советских работников. В финале прозревшая героиня —  «демоническая женщина» вступает с ним в смертельную схватку, и под  париком и накладной бородой с усами обнаруживается инфернально голый  череп советского Носферату — блистательного Наума Рогожина, проводящего  свою роль с неуловимой, но отчетливой иронией. В таком виде уйти ему не  удается — шпиона тут же арестовывают сотрудники доблестных органов. 

Кадр из фильма «Партийный билет» 

«Партийный билет». «Мосфильм», 1936 г. Режиссер Иван Пырьев 

История  сибирского Растиньяка, медвежьей хваткой и железными челюстями  покоряющего рабочую Москву (через ее передового представителя —  потомственную пролетарку-комсомолку), превращена в шпионский фильм  непосредственно по мудрой указке Лучшего Друга Кинематографистов. В  первой версии картины героиня, узнав, что ее муж, сделавший  головокружительную карьеру, — кулацкий сын и убийца деревенского  комсорга, стреляет сначала в него, потом в себя. В окончательной  редакции, рекомендованной вождем, наведя на мужа револьвер, она сообщала  эту информацию внезапно являющимся парторгу и работникам органов.  Парторг же, в свою очередь, пояснял ей и зрителям, что это не только  кулацкий сын и убийца, но и шпион иностранной державы. Короче, наш  пострел везде поспел… 

Кадр из фильма «Ошибка инженера Кочина» 

«Ошибка инженера Кочина». «Мосфильм», 1939 г. Режиссер Александр Мачерет 

Дубоватую  пьесу о бдительности «Очная ставка» (авторы — журналисты, пишущие под  псевдонимом «братья Тур», и высокопоставленный работник Генпрокуратуры  СССР Лев Шейнин) изобретательный режиссер вместе с писавшим сценарий  Юрием Олешей преобразили в изысканный и парадоксальный шпионский  триллер, балансирующий на грани стилизации и пародии. В их фильме  явственно просматривается возможность будущей поэтики «Одного из нас»  Геннадия Полоки, этой «первой черной комедии советского кино». Между  прочим, в центре сюжета тут (в отличие от пьесы) оказалась история  человека, безвинно обвиненного и торжественно оправданного в финале… 

Кадр из фильма «Застава у Чертова Брода» 

«Застава у Чертова брода». «Украинфильм» (Одесса), 1936 г. Режиссеры Мирон Билинский, Константин Исаев 

Фильм,  копию которого пока что обнаружить не удалось. А жаль. Ведь сюжет в нем  строился на том, что начальник нашей погранзаставы, ослепленный  любовью, на протяжении фильма не мог догадаться, что под маской юной,  скромной сельской учительницы скрывается матерая шпионка в пользу  соседней враждебной державы. За это картину и запретили к выпуску на  экран. Марина Ладынина, игравшая тут главную роль, очень сожалела о  пропаже. Кстати, по слухам, «Заставу» эту крутили потом в оккупированной  Одессе.   

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded